dec1f927

Бабич Ирина - Мои Знакомые Звери



Ирина Борисовна БАБИЧ
МОИ ЗНАКОМЫЕ ЗВЕРИ
Рассказы
В своей новой книжке журналистка Ирина Бабич рассказывает детям о
дружбе между людьми и животными, об артистах советского цирка, о
работниках зоопарка, об известном враче, который привил своим детям
любовь и уважение ко всему живому. И, конечно же, о львах, обезьянах
и бегемотах, которые, доверившись человеку, стали его помощниками.
СОДЕРЖАНИЕ
С чего всё началось...
Мой сурок
Беглый удав
Глупая Лита
Тузейший
Дурная привычка
Вот так учёба!
Случай на выставке
______________________________________________________________________
С ЧЕГО ВСЕ НАЧАЛОСЬ...
Любить животных научил меня мой папа. Он вообще научил меня
многому. Например, давать сдачи - попросту говоря, драться. Он
говорил, что драться надо в двух случаях: защищая слабого или
защищаясь. "Первым лезет в драку дурак, а убегает от неё трус", -
так объяснил он мне свою точку зрения, и я запомнила её на всю жизнь.
Папа научил меня любить длинные прогулки - в любую погоду.
- Дождь - это даже лучше, - говорил он. - Смотри: тротуары
блестят, как зеркало, а вокруг фонарей маленькие радуги.
А я-то раньше этого не замечала...
Папа научил меня не ябедничать. Однажды я ворвалась в дом с рёвом
- мне было лет пять, не больше, и у меня во дворе рыжий Петька, по
кличке Петух, отобрал роскошный красный мяч, папин подарок.
- Папа, скажи ему! - закричала я, размазывая по щекам слезы.
- Послушай, - сказал папа и нахмурился, - так мы с тобой
поссоримся всерьёз. Умей сама налаживать отношения с товарищами.
Лет с шести меня стали водить на концерты серьёзной музыки, а
если концертов долго не было в нашем не очень-то большом городе, папа
проигрывал на патефоне с трудом раздобытые пластинки Чайковского,
Бетховена, Дворжака... Он никогда не "объяснял" мне музыку - дескать,
тут гарцуют кони, а тут плачет девушка...
- Ты только послушай, - говорил он, - как это прекрасно!
Я слушала. И постепенно мир звуков стал для меня понятным.
Если бы папе сказали, что он как-то там специально меня
воспитывает, он бы, наверное, очень удивился. Просто он хотел, чтобы
я жила по тем законам, по которым жил он сам: умела бы трудиться (он
всегда напряжённо работал), умела бы радоваться (он радовался
многому)... Он делился со мной всем, что сам любил. А одной из самых
сильных его привязанностей были животные.
Животных папа любил всяких - мохнатых, пернатых и даже чешуйчатых.
По профессии он был ортопед - врач, который лечит заболевшие кости,
суставы, мышцы. Он был очень хорошим ортопедом - совсем молодым он
стал профессором. Но - полушутя, полусерьёзно - он часто говорил мне,
что если бы начинал сначала, то стал бы не врачом, а дрессировщиком.
У него и впрямь были способности к этому делу.
Однажды у нас на балконе поселилась невесть как попавшая туда
большая улитка: её витой домик, серый в коричневую полоску, мы
заметили в кустиках карликовых астр. Папа тут же решил, что эта улитка
останется у нас жить навсегда. В коробочку из-под леденцов он положил
капустные листья, капнул немного воды и посадил туда "тётю Улиту".
Наутро в листьях появились кружевные ходы - значит, папино угощение
пришлось нашей жилице по вкусу. Потом папа придумал устраивать улитке
купанье: наливал в плоское блюдечко воду и опускал туда Улиту. Если
её не трогали, она вскоре высовывалась из домика и медленно
передвигалась по дну блюдца. Папа утверждал, что эта процедура ей
очень нравится. Каждый вечер он усаживался на балконе, клал в воду
Улю и, пок



Назад